Истец обратился в суд с иском к администрации о признании факта родственных отношений, установлении факта принятия наследства, признании права собственности на жилое помещение. В обоснование заявленных требований указывая, что умершая и истец являлись троюродными сестрами. После смерти сестры открылось наследство, состоящее из квартиры, и принадлежащее умершей на праве собственности. Завещание на наследственное имущество не составлялось.

В судебном заседании представитель истца требования поддержала и указала, что представленными документами подтверждается факт родственных отношений между истицей и умершей, что они являются троюродными сестрами. Поскольку истица является единственной родственницей истице, она ее похоронила, смотрела за имуществом, следовательно, приняла наследство, оставшееся после смерти сестры.

Представитель ответчика просил отказать в иске, поскольку троюродные сестры не наследуют и не могут быть призваны к наследованию по закону.

Для установления обстоятельств по делу судом были исследованы представленные сторонами доказательства, допрошены свидетели.

Из положений Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что троюродные братья и сестры не относятся к кругу наследников по закону и не могут наследовать по праву представления, так как круг лиц, наследующих по праву представления, ограничен внуками наследодателя и их потомками (п. 2 ст. 1142 ГК РФ), племянниками и племянницами наследователя (п. 2 ст. 1143 ГК РФ), двоюродными братьями и сестрами наследодателя (п. 2 ст. 1144 ГК РФ).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что троюродные братья и сестры к наследованию по закону не призываются, поскольку они не относятся ни к одной из очередей наследников по закону, оснований для удовлетворения заявленных истицей требований об установлении факта принятия ими наследства и признании права на наследственное имущество после смерти троюродной сестры не имеется.

При этом доводы истца о совершении ими фактических действий по принятию наследства, выразившиеся в оплате коммунальных услуг, пользовании принадлежащим умершей имуществом,  правового значения не имеют.

Ввиду того, что истец не имеет право наследовать имущество после смерти троюродной сестры, не подлежали удовлетворению и требования об установлении факта родственных отношений, поскольку в данном случае наличие родственных отношений между истицей и умершей не порождает возникновение заявленных истцом прав на наследственное имущество, оснований для установления факта родственных отношений по правилам ст. 264 ГПК РФ не имеется.

Таким образом, в иске истцу к администрации о признании факта родственных отношений, установлении факта принятия наследства, признании права собственности на жилое помещение было отказано.

Суд апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционной жалобы истца пришел к выводу, что суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.